Путешествие в пустыню Гоби

Aleksis  

 Мой друг и одноклубник по Московскому охотничьему клубу «Сафари» Юрий предложил мне составить компанию в поездке за гобийским козерогом в Монголию, в пустыню Гоби. Не смотря на загруженность на работе, я с радостью согласился – давно мечтал поехать в горы. Это была моя первая по-настоящему горная охота, если не считать поездок в горы Пакистана и Турции на кабана. К тому же мой друг обещал озаботиться оформлением всех необходимых документов и разрешений для этой дальней поездки.

Гобийский козерог чуть меньше своих собратьев-айбексов среднеазиатского и сибирского, и также является желанным трофеем для любителей горных охот. Обитает в горах пустыни Гоби и Гобийском Алтае.

Нам предстояло охотиться в конце мая – начале июня, крайнем сроке охоты весеннего сезона из-за надвигающейся летней жары. Зато комфортно, без снега и морозов. Подготовка к поездке заняла немало усилий, необходимо было докупить необходимую в горах экипировку, подготовить оружие и патроны, съездить на стрельбище – нам предстояла ответственная дальняя стрельба в горных условиях. Наши друзья, побывавшие там в прошлом году, дали ценные советы по подбору экипировки и одежды в этой климатической зоне в это время года. Главная особенность — это ночью и утром холодно, днем жарко, нужно было правильно подобрать одежду и обувь.

Нам было необходимо совершить два перелета, из Москвы в Улан-Батор и  на следующий день внутренний перелет на юг Монголии, в пустыню Гоби, город  Даланзагдад. В столице Монголии нас встретили представители аутфитерской компании Армонголтревел, оказавшись нашими  проводниками на протяжении всей поездки, включая охоту – Бат и Идре.

Монголы очень гостеприимные и доброжелательные люди, они окружали нас своей заботой 24 часа в сутки! Мы посетили обзорную экскурсию по Улан-Батору. Окрестности монгольской столицы активно застраиваются "дачами" в виде огороженных участков степи с белыми юртами. «Новые монголы» имеют на своих участках каменные строения незамысловатой архитектуры, роскошь по местным меркам. В целом, конечно, Монголия не очень богатая страна, но столица развивается достаточно быстрыми темпами. Забавно, но среди прочей рекламы в городе, мы обнаружили давно забытый "Проктер-энд-Гэмбл". В ресторанах, а мы посетили монгольский и японский, кормили очень даже хорошо и по ценам намного ниже московских.

Переночевав в лучшей гостинице «Чингис Хан», наутро вылетели на родном Ан-24 в Даланзагдад, что в 500 км к югу, и уже через полтора часа, при выходе из самолета, нас сносил с ног ветер с песчаной пылью – вот она, пустыня Гоби. Именно по этой пустыне, на вездесущих российских Уазах нам предстояло добраться до лагеря, находящегося в 150 км от аэропорта в южных предгорьях Гобийского Алтая. Это было еще то путешествие!

Песчаная буря буквально сносила машины, через щели в них набивалась  песчаная пыль, которой приходилось дышать. Ощущение песка на зубах не покидало нас до самого возвращения в Улан-Батор. По дороге нам встречались пасущиеся стада овец, кашемировых коз, лошадей и верблюдов, без всяких пастухов. Раз в неделю или две хозяева посещают своих питомцев, привозя воду. Кстати, как они там ориентируются без GPS и карт, одному Будде известно, ведь здесь совсем нет дорог,  лишь направления.

Попались нам и стада диких джейранов и дзеренов. Как же быстро они перемещаются по сыпучему песку!

Лагерь оказался комфортным, состоящим из 5-6 юрт, расположенным на высоте 1900 м. Отдельно стояли туалет и построенный в этом году горячий душ. А вокруг – горы без всяких признаков растительности.
Монголы едят мясо. Только мясо. Утром мясо, на обед мясо и вечером мясо. И так каждый день. И нас они кормили мясом. На второй день Юрий взмолился – каши бы! Сварили кашу. В лагере была монголка, повар, привезенная из Улан-Батора. Каждый день она готовила что-нибудь новое, что в этой безжизненной пустыне было вдвойне приятно.

В пустыне монголы не имеют холодильников. Что бы сохранить мясо, в основном говядину и верблюжатину, они высушивают его на палящем солнце до каменного состояния. По их рассказам, высушенное мясо целого верблюда помещается в его мочевой пузырь! По мере необходимости они настругивают и намалывают щепотку, потом варят что-то вроде супа-пюре. Вкусно!

Наутро  – на охоту. Подъем в 3-00, то есть в 22-00 по московскому времени. Так что уснуть в первую ночь практически не удалось. К рассвету нужно быть уже в горах, а до них около 100 км. Ну, и наездились же мы на Уазах по бездорожью!

Кто-то из уже побывавших здесь знакомых охотников сказал, что здесь та же Африка, по ощущениям. И ландшафт в чем-то, и климат, и отношение местного населения к приезжим охотникам.

В первый же день охоты мне повезло. Я первый  обнаружил стадо козерогов метрах в 700-х. Особенность местных гор состоит в том, что они, во-первых, молодые, то есть крутые, хотя и не высокие, до 2700 м, во-вторых, имеют множество складок и распадков, что существенно затрудняет поиски козерогов. Поэтому после 20-30 минутного наблюдения с одной вершины мы переходили на следующую, для чего нужно было спуститься метров на 200 круто вниз и вновь подняться. И так много раз. А дышать и ходить после равнинной Москвы тяжело!

Стадо из 10 рогачей, в котором мы успели разглядеть несколько приличных, скрылось за одной из складок, и мы начали скрадывание. Нам пришлось пройти не более километра, но при этом мы поднялись и спустились на разные вершины добрый десяток раз, на самочувствии также сказывалась разница часовых поясов, к которой мы еще не успели адаптироваться. Ветер и ландшафт были не в нашу пользу, и нам пришлось, чтобы увидеть отдыхающее стадо, подобраться к нему на 70 метров. А это очень близко для этих чутких зверей, к тому же мы находились  прямо над ними.

Большой камень мешал обзору, и прицелиться по нужному рогачу было очень не просто. Пока я пристраивался поудобнее, стадо забеспокоилось, усложняя и без того трудную задачу. Я выстрелил из крайне неудобного положения, и, видимо, это был не «день Бэкхэма», я промазал, как потом выяснилось, обвысил, и стадо благополучно  в полном составе сорвалось и под нашими разочарованными взглядами  скрылось в горах.

Конечно, досада. Ведь цена выстрела в горах чрезвычайно высока, достигается неимоверными усилиями. Что ж, промазал так промазал, впереди еще 5 дней охоты, и мы вернулись в лагерь. У Юры дела в этот день складывались не лучшим образом, он видел лишь пару молодых рогачей, хотя весь день занимался поисками. Следующие два дня охоты также не принесли результатов, ни мне, ни Юре. Только самки с молодняком, впрочем, мне посчастливилось увидеть молодого аргали и снежного барса.

Утром, на рассвете, поднимаясь по распадку,  мы увидели молодого барана, но аргали не входил в наши планы. Мы продолжили подъем и вдруг  проводник, увидев что-то наверху, заволновался. Монгол показал пальцем вверх  и сказал – рысь. Какая рысь, это же ирбис, снежный барс! Ну, и хвостище! Монголы говорят – увидеть ирбиса – большая удача.

Напряжение и усталость накапливались с каждым днем. И вот, на 4-й день мы, как обычно, полные надежд отправились в горы. В этот день выдалась очень теплая, почти жаркая погода, и, как следствие, низкая активность козерогов. В течение почти всего дня мы продолжали поиски и, наконец, нам удалось обнаружить уходящее на отдых стадо из 12 рогачей. Но они скрылись в таком месте, где подход к ним был невозможен. Встал выбор, ждать вечера, когда звери поднимутся и пойдут на вечернюю кормежку, или "толкнуть" их, что, учитывая специфику местных гор, сложно. Но мой   местный егерь-проводник с труднопроизносимым именем, которое я так и не запомнил, все же решился на нагон.

Основная трудность этого способа состояла в том, что сложно спрогнозировать место выхода стада. Проводник, после того, как мы в течение часа выбрали подходящую позицию для ожидания, сказал, что их три. Одно в 20(!) метрах, другие в районе 100.

Пока обсуждался план действий, в горах прозвучал отдаленный выстрел. Это стрелял мой друг Юрий, мы в этот день охотились в одном районе. Монголы связались с Юриной бригадой по рации, и те сообщили, что  после того, как козерог встал с лежки после 2-х часового ожидания, был взят одним точным выстрелом на дистанции 320 м. Я поздравил друга по рации с долгожданным трофеем, и мы продолжили охоту. 

Для того, что бы стронуть стадо, проводнику предстояло по жуткому крутяку и скальникам, преодолевая многочисленные складки, спуститься метров на 700 вниз и осторожно побеспокоить козлов. Я поставил оптику на минимум, изготовился к стрельбе и стал ждать. Я молил бога, чтобы рогачи вышли подальше. Но не тут-то было!

Через час ожидания козлы появились очень близко, в каких-то 20-30 метрах. Я прекрасно видел их без всякой оптики. Мы не могли пошевелиться, настолько близко они были от нас. Помощник шепотом сказал мне, что вот этот, пятый, самый матерый, весь белый, его и нужно стрелять. Я прильнул к прицелу, но козероги едва помещались в поле зрения, трудно было поймать в прицел нужного рогача. И тут звери, почуяв неладное, довольно дружно направились восвояси, круто вправо и вниз, и через мгновение скрылись за скалой.

Полные отчаяния, ведь счастье было так близко, мы без всякой надежды  пробежали вниз по скальнику и большим камням метров 50 и выглянули из-за выступа. Стадо остановилось в 100 м и настороженно смотрело в нашу сторону.  Определив нужного зверя, я почти нажал на спуск, но стадо с удивительной легкостью резко сорвалось с места и стало удаляться, время от времени останавливаясь на  мгновение. Надо отдать должное моему помощнику Бату, он оперативно определял дальномером дистанцию до нужного козла и сообщал мне, а мой мозг в режиме цейтнота четко выдавал нужные поправки. 180 м справа второй! – я не успел выстрелить. 300 м в центре стада самый белый и смотрит прямо на нас! – опять не успел. 360 метров, вот он, последний, уходит, стреляй!

Это был последний шанс, козероги один за другим скрывались за скалой. Лихорадочно прокрутив в мозгу поправку на дистанцию и крутнув барабанчик, я выстрелил, опираясь на скалу. Все козероги исчезли. Чего только я не выслушал от Бата в свой адрес! Вот же они, как на ладони, стреляй, не хочу, так нет, нужно прыгать по камням и провожать взглядом ускользающих козерогов. Я, полный отчаяния, соглашаюсь с ним. Прав он, проворонил отличный трофей. А как выполнил свою работу несчастный егерь? Просто класс. Да, был шанс…

Вдруг лицо смотрящего в бинокль проводника еще больше округлилось. ЛЕЖИТ!!! ЛЕЖИТ!!! УРА-А-А!!! Я увидел в бинокль едва заметно торчащие из-за камня рога. Мы обнялись. Вот оно, счастье!

Битых полчаса понадобилось, чтобы добраться до лежащего трофея, а козлам на это понадобилось не больше минуты. Радость переполняет меня, звоню домой, фотографируемся с добытым с таким трудом козерогом. А он был хорош, примерно 12-летнего возраста и с великолепными рогами. Обессиленные после всех этих приключений, возвращаемся  к Уазу и едем в лагерь, где нас встречает уже отдохнувший и принявший душ Юрий. Мы обнимаемся, поздравляем друг друга, делимся впечатлениями от сегодняшних событий. Юрий также был очень  рад, что добыл трофей, что преодолел неимоверные трудности на многочисленных подъемах и спусках.

Затем был и тартар из свежей козлятины (монголы первый раз ели сырое мясо, но им понравилось), и местная знаменитая водка "Чингисхан", и монгольские народные песни допоздна.

"Ты это, извини, ну, за те слова, сказанные сгоряча, ты хороший охотник и хороший стрелок, попал точно куда надо и в кого надо, когда уже практически не было никаких шансов". Принято – всякое бывает. 

Оставшиеся два дня отдыхаем, ездим по пустыне, фотографируем, готовимся к отъезду на Родину, снова и снова вспоминаем и обсуждаем  перипетии горных охот и особенности дальней стрельбы в горах.

Что ж, все когда-то кончается, и эта великолепная экспедиция подошла к концу. Захватывающая охота, отличные трофеи, экзотическая страна с гостеприимными монголами и эта песчаная вечность, называемая пустыней Гоби! Еще находясь там, поймал себя на мысли, что уже хочется вернуться сюда снова и вновь испытать себя в этой непростой охоте.

Всего через три недели после возвращения Юрия не стало. Это была его последняя охота… Может, и я в чем виноват, прости, друг!